Закрыть ... [X]

Подруга

1

Вы счастливы? - Не скажете! Едва ли! И лучше - пусть! Вы слишком многих, мнится, целовали, Отсюда грусть. Всех героинь шекспировских трагедий Я вижу в Вас. Вас, юная трагическая леди, Никто не спас! Вы так устали повторять любовный Речитатив! Чугунный обод на руке бескровной - Красноречив! Я Вас люблю. - Как грозовая туча Над Вами - грех - За то, что Вы язвительны и жгучи И лучше всех, За то, что мы, что наши жизни - разны Во тьме дорог, За Ваши вдохновенные соблазны И тёмный рок, За то, что Вам, мой демон крутолобый, Скажу прости, За то, что Вас - хоть разорвись над гробом! - Уж не спасти! За эту дрожь, за то - что - неужели Мне снится сон? - За эту ироническую прелесть, Что Вы - не он.

2

Под лаской плюшевого пледа Вчерашний вызываю сон. Что это было? - Чья победа? - Кто побеждён? Всё передумываю снова, Всем перемучиваюсь вновь. В том, для чего не знаю слова, Была ль любовь? Кто был охотник? - Кто - добыча? Всё дьявольски-наоборот! Что понял, длительно мурлыча, Сибирский кот? В том поединке своеволий Кто, в чьей руке был только мяч? Чьё сердце - Ваше ли, моё ли Летело вскачь? И всё-таки - что ж это было? Чего так хочется и жаль? Так и не знаю: победила ль? Побеждена ль?

3

Сегодня таяло, сегодня Я простояла у окна. Взгляд отрезвлённей, грудь свободней, Опять умиротворена. Не знаю, почему. Должно быть, Устала попросту душа, И как-то не хотелось трогать Мятежного карандаша. Так простояла я - в тумане - Далёкая добру и злу, Тихонько пальцем барабаня По чуть звенящему стеклу. Душой не лучше и не хуже, Чем первый встречный - этот вот, - Чем перламутровые лужи, Где расплескался небосвод, Чем пролетающая птица И попросту бегущий пёс, И даже нищая певица Меня не довела до слёз. Забвенья милое искусство Душой усвоено уже. Какое-то большое чувство Сегодня таяло в душе.

4

Вам одеваться было лень, И было лень вставать из кресел. - А каждый Ваш грядущий день Моим весельем был бы весел. Особенно смущало Вас Идти так поздно в ночь и холод. - А каждый Ваш грядущий час Моим весельем был бы молод. Вы это сделали без зла, Невинно и непоправимо. - Я Вашей юностью была, Которая проходит мимо.

5

Сегодня, часу в восьмом, Стремглав по Большой Лубянке, Как пуля, как снежный ком, Куда-то промчались санки. Уже прозвеневший смех… Я так и застыла взглядом: Волос рыжеватый мех, И кто-то высокий - рядом! Вы были уже с другой, С ней путь открывали санный, С желанной и дорогой, - Сильнее, чем я - желанной. - Oh, je n'en puis plus, j'etouffe! - Вы крикнули во весь голос, Размашисто запахнув На ней меховую полость. Мир - весел и вечер лих! Из муфты летят покупки… Так мчались Вы в снежный вихрь, Взор к взору и шубка к шубке. И был жесточайший бунт, И снег осыпался бело. Я около двух секунд - Не более - вслед глядела. И гладила длинный ворс На шубке своей - без гнева. Ваш маленький Кай замёрз, О, Снежная Королева. Oh, je n'en puis plus, j'etouffe - О, я больше не могу, я задыхаюсь! (фр.).

6

Ночью над кофейной гущей Плачет, глядя на Восток. Рот невинен и распущен, Как чудовищный цветок. Скоро месяц - юн и тонок - Сменит алую зарю. Сколько я тебе гребёнок И колечек подарю! Юный месяц между веток Никого не устерёг. Сколько подарю браслеток, И цепочек, и серёг! Как из-под тяжёлой гривы Блещут яркие зрачки! Спутники твои ревнивы? - Кони кровные легки!

7

Как весело сиял снежинками Ваш - серый, мой - соболий мех, Как по рождественскому рынку мы Искали ленты ярче всех. Как розовыми и несладкими Я вафлями объелась - шесть! Как всеми рыжими лошадками Я умилялась в Вашу честь. Как рыжие поддёвки - парусом, Божась, сбывали нам тряпьё, Как на чудных московских барышень Дивилось глупое бабьё. Как в час, когда народ расходится, Мы нехотя вошли в собор, Как на старинной Богородице Вы приостановили взор. Как этот лик с очами хмурыми Был благостен и измождён В киоте с круглыми амурами Елисаветинских времён. Как руку Вы мою оставили, Сказав: «О, я её хочу!» С какою бережностью вставили В подсвечник - жёлтую свечу… - О, светская, с кольцом опаловым Рука! - О, вся моя напасть! - Как я икону обещала Вам Сегодня ночью же украсть! Как в монастырскую гостиницу - Гул колокольный и закат - Блаженные, как имянинницы, Мы грянули, как полк солдат. Как я Вам - хорошеть до старости - Клялась - и просыпала соль, Как трижды мне - Вы были в ярости! - Червонный выходил король. Как голову мою сжимали Вы, Лаская каждый завиток, Как Вашей брошечки эмалевой Мне губы холодил цветок. Как я по Вашим узким пальчикам Водила сонною щекой, Как Вы меня дразнили мальчиком, Как я Вам нравилась такой…

8

Свободно шея поднята, Как молодой побег. Кто скажет имя, кто - лета, Кто - край её, кто - век? Извилина неярких губ Капризна и слаба, Но ослепителен уступ Бетховенского лба. До умилительности чист Истаявший овал. Рука, к которой шёл бы хлыст, И - в серебре - опал. Рука, достойная смычка, Ушедшая в шелка, Неповторимая рука, Прекрасная рука.

9

Ты проходишь своей дорогою, И руки твоей я не трогаю. Но тоска во мне - слишком вечная, Чтоб была ты мне - первой встречною. Сердце сразу сказало: «Милая!» Всё тебе - наугад - простила я, Ничего не знав, - даже имени! - О, люби меня, о, люби меня! Вижу я по губам - извилиной, По надменности их усиленной, По тяжёлым надбровным выступам: Это сердце берётся - приступом! Платье - шёлковым чёрным панцирем, Голос с чуть хрипотцой цыганскою, Всё в тебе мне до боли нравится, - Даже то, что ты не красавица! Красота, не увянешь за лето! Не цветок - стебелёк из стали ты, Злее злого, острее острого Увезённый - с какого острова? Опахалом чудишь, иль тросточкой, - В каждой жилке и в каждой косточке, В форме каждого злого пальчика, - Нежность женщины, дерзость мальчика. Все усмешки стихом парируя, Открываю тебе и миру я Всё, что нам в тебе уготовано, Незнакомка с челом Бетховена!

10

Могу ли не вспоминать я Тот запах White-Rose и чая, И севрские фигурки Над пышащим камельком… Мы были: я - в пышном платье Из чуть золотого фая, Вы - в вязаной чёрной куртке С крылатым воротником. Я помню, с каким вошли Вы Лицом - без малейшей краски, Как встали, кусая пальчик, Чуть голову наклоня. И лоб Ваш властолюбивый, Под тяжестью рыжей каски, Не женщина и не мальчик, - Но что-то сильней меня! Движением беспричинным Я встала, нас окружили. И кто-то в шутливом тоне: «Знакомьтесь же, господа». И руку движеньем длинным Вы в руку мою вложили, И нежно в моей ладони Помедлил осколок льда. С каким-то, глядевшим косо, Уже предвкушая стычку, - Я полулежала в кресле, Вертя на руке кольцо. Вы вынули папиросу, И я поднесла Вам спичку, Не зная, что делать, если Вы взглянете мне в лицо. Я помню - над синей вазой - Как звякнули наши рюмки. «О, будьте моим Орестом!», И я Вам дала цветок. С зарницею сероглазой Из замшевой чёрной сумки Вы вынули длинным жестом И выронили - платок. White-Rose - Белая роза (модные в то время духи).

11

Все глаза под солнцем - жгучи, День не равен дню. Говорю тебе на случай, Если изменю: Чьи б ни целовала губы Я в любовный час, Чёрной полночью кому бы Страшно ни клялась, - Жить, как мать велит ребёнку, Как цветочек цвесть, Никогда ни в чью сторонку Глазом не повесть… Видишь крестик кипарисный? - Он тебе знаком - Всё проснётся - только свистни Под моим окном.

12

Сини подмосковные холмы, В воздухе чуть тёплом - пыль и дёготь. Сплю весь день, весь день смеюсь, - должно быть, Выздоравливаю от зимы. Я иду домой возможно тише: Ненаписанных стихов - не жаль! Стук колёс и жареный миндаль Мне дороже всех четверостиший. Голова до прелести пуста, Оттого что сердце - слишком полно! Дни мои, как маленькие волны, На которые гляжу с моста. Чьи-то взгляды слишком уж нежны В нежном воздухе едва нагретом… Я уже заболеваю летом, Еле выздоровев от зимы,

13

Повторю в канун разлуки, Под конец любви, Что любила эти руки Властные твои И глаза - кого - кого-то Взглядом не дарят! - Требующие отчёта За случайный взгляд. Всю тебя с твоей треклятой Страстью - видит Бог! - Требующую расплаты За случайный вздох. И ещё скажу устало, - Слушать не спеши! - Что твоя душа мне встала Поперёк души. И ещё тебе скажу я: - Всё равно - канун! - Этот рот до поцелуя Твоего был юн. Взгляд - до взгляда - смел и светел, Сердце - лет пяти… Счастлив, кто тебя не встретил На своём пути.

14

Есть имена, как душные цветы, И взгляды есть, как пляшущее пламя… Есть тёмные извилистые рты С глубокими и влажными углами. Есть женщины. - Их волосы, как шлем, Их веер пахнет гибельно и тонко. Им тридцать лет. - Зачем тебе, зачем Моя душа спартанского ребёнка?

15

Хочу у зеркала, где муть И сон туманящий, Я выпытать - куда Вам путь И где пристанище. Я вижу: мачта корабля, И Вы - на палубе… Вы - в дыме поезда… Поля В вечерней жалобе… Вечерние поля в росе, Над ними - вороны… - Благословляю Вас на все Четыре стороны!

16

В первой любила ты Первенство красоты, Кудри с налётом хны, Жалобный зов зурны, Звон - под конём - кремня, Стройный прыжок с коня, И - в самоцветных зёрнах - Два челночка узорных. А во второй - другой - Тонкую бровь дугой, Шёлковые ковры Розовой Бухары, Перстни по всей руке, Родинку на щеке, Вечный загар сквозь блонды И полунощный Лондон. Третья тебе была Чем-то ещё мила… - Что от меня останется В сердце твоём, странница?

17

Вспомяните: всех голов мне дороже Волосок один с моей головы. И идите себе… - Вы тоже, И Вы тоже, и Вы. Разлюбите меня, все разлюбите! Стерегите не меня поутру! Чтоб могла я спокойно выйти Постоять на ветру.
Источник: http://er3ed.qrz.ru/tsvetaeva-podruga.htm



Рекомендуем посмотреть ещё:



Читайте все стихи Марины Цветаевой о дружбе и друзьях Можно ли ездить днем на габаритах

Стих цветаевой о друзьях Стих цветаевой о друзьях Стих цветаевой о друзьях Стих цветаевой о друзьях Стих цветаевой о друзьях Стих цветаевой о друзьях Стих цветаевой о друзьях Стих цветаевой о друзьях

ШОКИРУЮЩИЕ НОВОСТИ